Стратегия “Экономического пояса Шелкового пути” перспективы китайско-российского сотрудничества и предотвращение рисков

　　I. “Необходимость” в китайско-российском “политическом сближении” 

　　Китай в планировании стратегии “Экономического пояса Шелкового пути” среди основных направлений сотрудничества Китая и государств Шелкового пути на первое место ставит политическое сближение, которое подразумевает ведущую роль государства в продвижении китайской стратегии, государство – главная движущая сила в реализации концепции. В рамках китайско-российских отношений стратегического партнерства и взаимодействия руководителям государств необходимо расширять двустороннее прагматическое сотрудничество в сфере экономики. Экономическое сотрудничество, координируемое правительством, охватывает различные сферы сотрудничества: промышленность, сельское хозяйство, финансы, энергетика, образование, высокие технологии, таможня, защита прав на интеллектуальную собственность, строительство особых экономических зон, туризм, выставки, молодежные обмены, военные технологии, СМИ и другие. На практике же правительству трудно довести охватить все сферы деятельности, и зачастую это приводит к отсутствию инициативы и активности в конкретном сотрудничестве. К тому же в двустороннем сотрудничестве по некоторым отдельным проектам стороны не могут достичь паритета так как нет активного содействия со стороны России, и как следствие, реализация соглашений теряет свою целесообразность.

　　Сегодня Китай и Россия делают акцент на углублении прагматического сотрудничества, говорят о необходимости уделять большее внимание “прагматическому” аспекту сотрудничества. В долгосрочной перспективе Китаю следует создать стандартный механизм контроля внешней торговли и инвестиций, провести разграничение между внешнеполитическими, экономическими и торговыми проектами. В китайско-российском сотрудничестве следует придерживаться перехода от “правительственного руководства и вмешательства” к “рыночному руководству”. В этом случае политическое сближение будет играть более значимую роль, будет способствовать углублению сотрудничества между двумя странами.

　　II. “Структурное регулирование” китайско-российского “инфраструктурного сближения” 

　　Так называемое “политическое сближение” с точки зрения китайско-российского сотрудничества должно проявляться, главным образом, в трех сферах: трансграничные водные перевозки, транспортное сообщение и прохождение таможни на контрольно-пропускных пунктах.

　　На протяжении многих лет Китай неизменно активно продвигал строительство моста между двумя странами, однако, бюрократические проволочки и халатное отношение с российской стороны тормозят реализацию данного проекта. Так к августу 2015 года китайская сторона выполнила порядка 60% от общего объема работ по строительству моста между городом Тунцзян в провинции Хэйлунцзян и российским селом Нижнеленинское Еврейской автономной области, тогда как с российской стороны строительство моста так и не началось.

　　Такая же ситуация наблюдается и в сфере транспортного сообщения. В мае 2015 года Российско-китайский консорциум выиграл тендер на проектно-изыскательскую часть российского проекта высокоскоростной железнодорожной магистрали Москва-Казань. Россия надеется на значительные инвестиции Китая в этот проект, включая проектирование, строительство, обеспечение оборудованием и техническое обслуживание. Однако Китаю следует более осторожно и аргументированно оценивать такую модель сотрудничества.

　　Что касается таможенной сферы, в провинциях (автономных районах), городах Китая, благодаря льготной политике государства построены зоны свободной торговли, бондовые зоны, зоны экспортной переработки, проводятся разного рода торговые ярмарки, и в последнее время также отмечается активный рост зон научно-технического сотрудничества. На фоне столь бурного развития в данных сферах, строительство КПП, напротив, игнорируется, и ответственность за это лежит, главным образом, на России.

　　Эти структурные противоречия в развитии свидетельствуют о необходимости проведения на национальном уровне централизованного планирования и координирования в сфере “инфраструктурных связей”. Следует также учитывать интересы как Китая, так и других государств, и в особенности необходимо усилить инфраструктурное строительство на КПП, развивать зоны свободной торговли в районах ключевых КПП, объединить торговые, промышленные и логистические системы тем самым достичь большей эффективности.

　　III. “Упорядочение” китайско-российской “свободной торговли” 

　　Китай возлагает большие надежды на торговое сотрудничество с Россией. Сохраняющаяся долгие годы у Китая в отношениях с Россией формула “горячая политика - холодная экономика” требует срочных изменений, и ради этих целей главы двух государств приняли решение к 2015 году приблизить двустороннюю торговлю к 100 млрд. долл. США, а к 2020 году – к 200 млрд. долл. США.

　　История развития китайско-российского торговоэкономического сотрудничества говорит нам о том, что помимо расширения масштабов и эффективности повышения основной упор должен быть сделан на создании “нормативных принципов” торгово-экономического сотрудничества. Следует отметить, что у Китая и России очень много общих интересов, но много и разных, не все интересы двух стран совпадают. К примеру, падение мировых цен на нефть серьезным образом ослабляет экономику России, экономика Китая, наоборот, получает выгоду от падения цен на нефть. Когда заостряется внимание на общих интересах невозможно избежать проблем. Решение этих проблем будет способствовать дальнейшему укреплению фундамента двусторонних отношений, защите основополагающих национальных интересов и гражданских прав.

　　IV. “Эффективность и риски” “обращения капитала” 

　　В последние годы Китай и Россия активно продвигают стратегии интернационализации своих национальных валют с целью предотвращения валютного риска во внешней торговли. Переход от первоначальной “циркуляции денег” к “обращению капитала” – один из важных моментов китайско-российского сотрудничества в последние годы. Практически одновременно с реализацией стратегии “Экономического пояса Шелкового пути” Китай и Россия подписали соглашение о прямом обмене между юанем и рублем, в приграничном китайском городе была создана экспериментальная зона, где разрешено свободное использование российского рубля в качестве платежного средства и т.к. Однако некоторые из этих мер несут в себе потенциальные риски, поэтому к ним нужно подходить с особой осмотрительностью.

　　В декабре 2013 года постановлением Госсовета КНР приграничный город Суйфэньхэ (провинция Хэйлунцзян) объявлен экспериментальной площадкой реализации свободного обращения рубля. Россияне получили возможность осуществлять платежи на территории города в рублях без необходимости обменивать деньги на юани. До этого в новейшей истории Китая (с создания КНР в 1949 г.) никогда не разрешалось свободное хождение иностранной валюты наравне с жэньминьби в пределах Китая. Однако на территории России китайские юани не имеют свободного хождения.

　　В более широком понимании “обращение капитала” рассматривается как развитие Китаем, в качестве прямого иностранного инвестора, экономического сотрудничества с Россией. В последние годы Китай и Россия эффективно реализуют большое количество крупномасштабных инвестиционных проектов в энергетической сфере, в сфере строительства железных дорог, автомобильных дорог, гидротехнических сооружений, нефтегазопроводов и других крупных инвестиционных проектов. Эти проекты требуют больших финансовых вложений и большое количество рабочих групп, рассчитаны на длительный срок реализации. Россия надеется на участие китайских предприятий в строительстве глубоководного порта на западе Крыма и моста через Керченский пролив. Россия рассчитывает на то, что китайские предприятия, помимо технического и финансового участия, окажут поддержку ее экономической и политической позиции.

　　Что касается проектов транснационального сотрудничества, на данный момент принятие наиболее важных решений зависит от инвестиционной среды и инвестиционной прибыли. В китайско-российском сотрудничестве, и особенно сотрудничестве по крупным проектам, рассчитанным на длительный срок реализации, требующим больших вложений, приносящим прибыль лишь в отдаленном будущем, Китай должен уделять особое внимание предупреждению рисков, с особой осторожностью подходить к вопросу участия в проектах, принимать рациональные решения, поэтапно реализовать ключевые проекты.

　　V. Акцентирование “конструктивности” в дружбе между китайским и российским народами 

　　В последние годы двусторонние отношения Китая и России быстро развиваются в здоровом русле, учащаются взаимные визиты на высоком уровне и активизируются контакты и обмен на всех уровнях, Пекин и Москва успешно провели Национальные годы, Годы китайского и русского языков, Годы туризма и другие крупномасштабные мероприятия. Но Россия по-прежнему с осторожностью относится к Китаю, то и дело звучат мнения о “китайской угрозе”. Конечно, и у Китая есть опасения и сомнения относительно России, однако большинство населения Китая положительно оценивают Россию.

　　Резюмируя можно сказать, что сегодня в дружбе между китайским и российским народами ключевое значение имеет “конструктивность”. В отличие от таких сфер, как политика, торговля, инфраструктура, финансы и др., для изменения или создания новой идеологии и культуры требуется больше времени, и в этой работе нужно полагаться на позитивные усилия Китая, а со стороны России необходимо большее понимание и признание.

　　(Оригинал данной статьи на китайском языке опубликован в журнале “Академические исследования России” №5-2015 г.) 

　　( Автор: Хань Кэди, доктор, научный сотрудник Института России, Восточной Европы и Центральной Азии АОН КНР; Ван Чжиюань, научный сотрудник Института России, Восточной Европы и Центральной Азии АОН КНР, постдокторант Центра по изучению России и Центральной Азии Фуданьского университета)