Вопрос: Как Вы оцениваете прошедший год в отношениях между Россией и Индией: каковы результаты их развития; что бы Вы назвали центральным событием этого процесса; что Вы вкладываете в формулу "Россия и Индия - стратегические партнеры"?

Ответ: 2000 год, безусловно, войдет в более чем столетнюю летопись российско-индийских отношений в качестве одного из наиболее ярких, насыщенных и содержательных периодов. В этом году нам и нашим индийским друзьям совместными усилиями удалось добиться значительного прогресса в развитии всестороннего и взаимовыгодного сотрудничества.

Наиболее значимым событием стал, без сомнения, состоявшийся в октябре государственный визит в Индию президента Российской Федерации Владимира Путина. В ходе визита подписан внушительный пакет из 17 документов, существенно расширивших и укрепивших законодательную базу двусторонних связей. Главный из них Декларация о стратегическом партнерстве, которая закрепила существующий высокий уровень отношений между Россией и Индией и определила основные направления их развития в ХХI веке как в двустороннем формате, так и в глобальном измерении. Был также подписан ряд других документов фактически "прорывного" характера, в том числе пакет рамочных соглашений в области ВТС, предусматривающий дальнейшее наращивание двустороннего взаимодействия в этой традиционной сфере межгосударственных отношений с акцентом на углубление производственно-технологической кооперации ВПК двух стран, меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в области мирного использования атомной энергии, открывающий широкие перспективы для участия предприятий российской машиностроительной отрасли в сооружении здесь атомных электростанций, а также комплексная долгосрочная программа научно-технологического сотрудничества (КДП НТС) до 2010 г.

Другими важными событиями прошедшего года стали: празднование столетия со дня открытия в Бомбее Генерального консульства Российской империи - первого дипломатического представительства России на индийской земле, долгожданное освобождение российских летчиков-членов латвийского экипажа, более 4 лет проведших в калькуттской тюрьме по так называемому "делу Пурулия", и очевидный прогресс в деле возрождения дома-усадьбы Рерихов в Гималаях.

Да и вообще, многие события календаря двусторонних контактов уходящего года стали совершенно новыми, поистине историческими вехами в отношениях между нашими странами. В марте под руководством председателей нижних палат российского и индийского парламентов Геннадия Селезнева и Ганти Мохана Чандры Балайоги в Дели состоялось первое заседание совместной межпарламентской комиссии, а в апреле успешно прошел первый визит сюда секретаря российского Совбеза Сергея Иванова, в ходе которого был подписан протокол о сотрудничестве между Советом безопасности России и Советом национальной безопасности Индии. В июле во время визита в нашу страну министра развития людских ресурсов, науки и технологий, развития океанических ресурсов Индии Мурли Манохара

Джоши в московском Институте автоматизации проектирования (ИАП) РАН состоялось торжественное открытие совместного центра перспективных компьютерных исследований на базе новейшего индийского суперкомпьютера "Парам-10000". В ноябре в Дели прошло первое заседание российско-индийской рабочей группы по Афганистану, а в Москве - первое заседание рабочей группы по гражданской авиации Межправительственной комиссии (МПК) по торгово-экономическому, научно-техническому и культурному сотрудничеству, на котором, в частности, обсуждались перспективы налаживания совместного производства в Индии российской гражданской авиатехники.

В ходе визита Владимира Путина было подписано соглашение о создании второй российско-индийской МПК - по вопросам ВТС. Ее первое заседание запланировано на весну 2001 г. Летом 2000 г. стороны пришли к взаимопониманию относительно необходимости создания третьей МПК - по сотрудничеству в области информационных технологий, уже сегодня являющихся одной из основных точек роста быстро развивающейся индийской экономики.

Еще одним важным событием хроники двусторонних контактов в 2000 г. стало подписание в сентябре в Санкт-Петербурге российско-индийско-иранского соглашения о развитии международного транзитного коридора "Север-Юг", который, по оценкам сторон, уже в первые десятилетия наступающего столетия станет одной из наиболее оживленных и стратегически значимых транспортных артерий Евразийского континента.

По-моему, вышесказанное дает достаточно ясное представление о содержательной стороне российско-индийского стратегического партнерства, которое мы намерены всесторонне развивать и укреплять в ХХI веке. Строя это партнерство, мы будем исходить прежде всего из максимального учета интересов друг друга на основе общих подходов как к развитию двусторонних отношений, так и видению перспектив регионального и международного сотрудничества.

Вопрос: Что Вы считаете стержнем сотрудничества России и Индии в новом году, как предотвратить помехи переходу от деклараций к конкретным практическим делам?

Ответ: Не только в будущем году, но в ближайшей обозримой перспективе нам предстоит сфокусировать свое внимание прежде всего на решении всего комплекса проблем двусторонней торговли инвестиционного сотрудничества, ибо наше политическое взаимодействие должно опираться на прочную экономическую базу.

Не секрет, что товарооборот между нашими странами, выросший в текущем году почти на 10 проц. и составивший, по предварительным оценкам, 1,6 млрд долл. /без учета российских поставок вооружений и военной техники/, далеко не соответствует потенциальным возможностям сторон. К сожалению, на протяжении всего периода 1990-х гг. он оставался практически неизменным, колеблясь в пределах 1,2-1,7 млрд долл. в год. На предельно низком уровне находится и инвестиционное сотрудничество.

С целью преодоления затянувшейся стагнации в торгово-экономических отношениях в 2000 г. нами был предпринят ряд конкретных шагов. Так, в ходе визита Владимира Путина подписан протокол между российским минфином и индийским министерством промышленности и торговли по сотрудничеству в области обработки и торговли необработанными природными алмазами и драгоценными металлами. Его успешная реализация позволит уже в ближайшие годы увеличить ежегодный товарооборот примерно на 500 млн долл.

Другой перспективной сферой торгово-экономических отношений является сотрудничество в нефтегазовой области. В ходе последней встречи в верхах российский "Газпром" и индийская Государственная нефтегазовая корпорация подписали контракт по совместной разведке и разработке газоносного массива на шельфе Бенгальского залива. Практически готово к подписанию соглашение между корпорацией и "ЛУКойлом" по освоению углеводородных запасов на шельфе Аравийского моря. В 2001 г. ожидается присоединение корпорации к международному консорциуму в рамках проекта "Сахалин-I". Осенью 2000 года индийское правительство одобрило программу прямых и портфельных инвестиций в указанный проект в размере около 1,2 млрд долл.

В 2001 г. в индийском штате Тамилнад начнется строительство при российском техническом содействии АЭС "Куданкулам" стоимостью 2,6 млрд долл. Этот проект является своего рода вторым "Бхилаи" и будет символизировать вступление наших стран в новую фазу высокотехнологичной производственной кооперации в XXI веке.

Мы стараемся всеми силами расширить стандартную корзину товарных статей двусторонней торговли за счет включения в нее максимально возможной номенклатуры российской машинотехнической продукции. Неплохие перспективы имеются у отечественной гражданской авиатехники. Планируем подключиться в ближайшее время к программам модернизации ряда металлургических и энергетических объектов, построенных в Индии в 70-80-е гг. при советской технической помощи, в том числе комбината в г.Бурнпур и ТЭС "Санджай Ганди". По мере решения электроснабжения индийских мегаполисов будем продвигать на местный рынок российский электротранспорт, в том числе троллейбусы.

Одним словом, имеется внушительный потенциал развития двустороннего торгово-экономического сотрудничества в первые десятилетия XXI века, и мы должны реализовать его сполна.

Процесс этот будет успешно развиваться только в условиях внутриполитической стабильности в наших странах и поступательного роста их научно-промышленного потенциала. Во многом успех всех новых начинаний в данной области будет зависеть и от состояния глобальной торгово-финансовой архитектуры в XXI веке.

Вопрос: Каковы перспективы взаимодействия в международных делах таких трех крупных держав Азиатского континента, как Россия, Индия и Китай?

Ответ: В июне 2000 г. президент России Владимир Путин утвердил концепцию внешней политики Российской Федерации. Она относит развитие дружественных отношений с Индией и Китаем к числу важнейших направлений российской внешней политики.

Достаточно беглого взгляда на повестку дня современных международных отношений, чтобы явственно обнаружилось совпадение или близость подходов Москвы, Пекина и Дели к наиболее волнующим человечество проблемам.

Как и Россия, Китай и Индия заинтересованы в формулировании устойчивой системы межгосударственного общения, не допускающей монополизма в принятии решений, касающихся всего мирового сообщества. По общему мнению наших государств, главным центром регулирования международных отношений в XXI веке должна оставаться Организация Объединенных Наций. Исходя из этих соображений, и Москва, и Пекин, и Дели выступают за усиление консолидирующей роли ООН, реформирование и повышение эффективности ее Совета Безопасности, что в полной мере отвечает и индийским интересам.

Россия, КНР и Республика Индия призывают к последовательному упрочению глобальной стратегической стабильности, осуждают попытки слома Договора по ПРО, добиваются уменьшения ядерной опасности и укрепления режима нераспространения оружия массового уничтожения и средств его доставки. Дели, Москва и Пекин исходят из того, что применение силы в обход Устава ООН является нелегитимным, и противостоят попыткам внедрения в международный оборот концепций типа "гуманитарной интервенции".

В последнее время во весь рост перед нашими странами встала угроза сил международного терроризма и экстремизма, сплотившихся в своего рода "террористический интернационал" со штаб-квартирой в Афганистане. Отрадно, что на единые подходы к обузданию угрозы терроризма постепенно выходят Индия и Китай.

Не менее значимо и совпадение взглядов трех государств на пути гуманизации международных экономических отношений и преодоление отрицательных последствий глобализации.

Думается, что перечисленные точки совпадения российских, китайских и индийских интересов дают достаточно полное представление о потенциале и формах нашего взаимодействия.

Разумеется, речь идет не о попытках произвольного конструирования блоковой политики, а о возрастании ответственности России, Индии и КНР за формирование прочной системы безопасности в мире. Путь к этому пролегает через поэтапные усилия по дальнейшему сближению подходов трех стран.

Если рассматривать эти усилия без предубеждения в контексте естественного стремления государств жить и развиваться в благоприятных международных условиях, то ни у кого они не должны вызывать озабоченности. Во всяком случае, никакого иного смысла мы в них не вкладываем и создавать какой-то блок не собираемся.