Разработка и обсуждение этого законопроекта до самого последнего времени  не сопровождались ни достаточным экспертным обсуждением, ни широкой общественной дискуссией. Хуже того – законодательный процесс, похоже, опирался на мифологизированные представления об отрасли.

Разрабатываемый закон формально нацелен, в первую очередь, на снижение цен для конечных покупателей и создание благоприятных условий для поставщиков. И  все это – за счет чистой прибыли торговых сетей, которая составляет не более 2-3% от оборота. Основные предлагаемые новации таковы: вводится запрет торговым сетям взимать с поставщиков «входной бонус» (плату за торговое место), пользоваться «слишком длительными» отсрочками платежа, строить и приобретать торговые помещения  в муниципалитетах, где их доля рынка составила 25%.

Для одних участников рынка это – плохая новость, для других -  хорошая. Как и при любых ограничениях свободы договора, проиграют те, на кого были наложены ограничения, будь то поставщики или торговые сети, и  выиграют их конкуренты. И если негативные последствия для торговых сетей были очевидны с самого начала, то вред для поставщиков не запланирован – это побочный  и не до конца осознанный и понятый потенциальный эффект законопроекта.

Бонусы

В качестве фактора, который неблагоприятно сказывается одновременно на поставщиках и на потребителях, выделяются бонусы: различные денежные выплаты поставщиков торговым сетям и отсрочки платежа, которые могут быть предусмотрены договорами поставок. Предполагается, что они негативно отражаются на ценах.

Самым авторитетным сторонником теории о наличии такой связи между бонусами и розничными ценами является ФАС. Ограничение взимания бонусов стало основным содержанием общественной дискуссии, однако эта связь никем не была не то что доказана, но даже исследована.

Обычно цитируемое сторонниками этой теории исследование Центра исследования рыночной среды (2005 год) свидетельствует исключительно  о наличии этих практик, но не об их последствиях. Более того, это исследование дает косвенный аргумент в пользу того, что благоприятные для торговых сетей условия закупки передаются далее потребителям. В частности, из данного исследования вытекает, что в крупных сетевых гипермаркетах уровень цен ниже, чем в других форматах, хотя доходы их покупателей на 30% выше.   

Проведенное под руководством проректора ГУ-ВШЭ Вадима Радаева эмпирическое исследование отношений торговых сетей и поставщиков затрагивает связь между различными условиями договоров, а также нарушениями договоров, и конфликтами торговых сетей и поставщиков. Однако влияние бонусов на цены не было предметом и этого  исследования.

Проведенное ФАС исследование указывает на положительную связь роста выплат бонусов и отпускных цен поставщиков. Однако, по сути, в нем отмечается только влияние «бонусов» на  рост валовой отпускной цены, а не чистой (т.е. за вычетом прямых и косвенных скидок в виде отсрочек платежа, бонусов и т.д.). Между тем, именно чистая отпускная цена определяет цену на прилавке.

Российская дискуссия о закупочных практиках розничных сетей является частью более широкой международной дискуссии, которая ведется с начала 80-х годов. В ходе этой дискуссии сложилось две школы: сторонники конкурентной и антиконкурентной природы «бонусов» (slotting allowances, slotting fees).

Сторонники конкурентной природы «бонусов», как правило, утверждают, что использование бонусов обосновано соображениями рациональной организации поставок товаров потребителю и в целом благоприятно для потребителей. Бонусы рассматриваются как компенсация определенных издержек, плата за определенные услуги или способ преодоления асимметрии информации.

Сторонники антиконкурентной природы бонусов делятся на тех, кто считает их инструментами монополизации рынков со стороны производителей, и тех, кто видит риски монополизации со стороны торговых сетей. Первые считают, что получение торговыми сетями косвенной скидки с закупочной цены в виде фиксированной выплаты («бонуса») снижает интенсивность ценовой конкуренции, причем в большей мере, чем при предоставлении прямых скидок. Торговая сеть получает возможность использовать полученные скидки на неценовую конкуренцию, т.е. предлагать отличающиеся от других сетей услуги и, в силу дифференциации, получает возможность взимать повышенную розничную цену. Вторые считают, что бонусы являются инструментом контроля за торговыми площадками: их уплачивают крупные производители с тем, чтобы более мелкие конкуренты были не в состоянии предложить торговым сетям аналогичные  условия.

Хотя дискуссия о «бонусах» в западных странах не привела к консенсусу в среде экспертов-экономистов, занимающихся этим вопросом, сторонники конкурентной природы бонусов, скорее, преобладают. Причем их позиции укрепляет недавнее вручение Нобелевской премии по экономике О. Уильямсону: он известен как критик «негостеприимного» отношения к нестандартным формам контрактов между покупателями и поставщиками продукции.

Ограничение отсрочек платежа

Законопроект вводит ограничения на отсрочки платежа, которыми могут пользоваться торговые сети при закупке различных видов товара.

Отсрочка платежа является косвенной скидкой с отпускной цены. При прочих равных, чем больше отсрочка платежа, тем на большую отпускную цену согласится торговая сеть. Отсрочка становится более выгодной, чем снижение цены, тогда, когда стоимость капитала для поставщика меньше, чем для торговой сети. Она позволяет одновременно поднять эффективную закупочную цену для поставщика, и понизить её для магазинов. В условиях предусмотренного законопроектом запрета на «слишком длительные» отсрочки платежа в проигрыше окажутся и пользующиеся ими сети, и пользующиеся ими производители. Они либо будут вынуждены вернуться к варианту без отсрочки, который менее выгоден для всех, либо у них вообще исчезнет возможность для взаимовыгодного сотрудничества. Как и в других случаях ограничения свободы договора, конкурентное преимущество приобретут только те, кто к подобным договорам не прибегал. Таким образом, ограничение максимальных отсрочек платежа противоречит декларируемым целям этого ограничения.

Запрет на взимание входного бонуса

Законопроект содержит запрет на взимание «платы за доступ к торговым объектам, входящим в торговую сеть» («входного бонуса»).

Основное экономическое объяснение «входных бонусов» состоит в том, что их взимание направлено на преодоление асимметрии информации. Обычно производителю больше известно про свой товар, чем торговой сети: ему известны подробности его разработки, результаты маркетинговых исследований, предшествующий опыт продаж (если таковой был). Если поставщик уверен в перспективах своей продукции, ему необходимо убедительным образом передать эту информацию, и найти наиболее дешевый в конкретных обстоятельствах способ. В большинстве случаев для преодоления асимметрии информации не достаточно только лишь словесного сообщения о хороших перспективах продукции. В подобных случаях, и это подтверждается исследованиями, поставщики нередко прибегают к введению «входного бонуса». В случае введения законодательного запрета на взимание «входного бонуса» будет действовать следующая закономерность. Проиграют поставщики, которые прежде уплачивали «входной бонус». Вместе с тем некоторое конкурентное преимущество получат поставщики, которые не нуждались в уплате бонусов, скажем, производители недифференцированной традиционной продукции, а также производители известных брендов, которые уже присутствуют на полках.

Ограничение права приобретать торговые площади

Ограничение права приобретать торговые площади (статья 16 законопроекта) после достижения торговой сетью доли продаж в 25% является разновидностью квоты, которые обычно применяются во внешней торговле. Когда вводится квота на ввоз американского мяса птицы или украинский сталепродукции, всем известно, что потребители пострадают от повышения цен, и выигрыш от этого повышения цен получат российские конкуренты иностранных производителей. Те же последствия будет иметь эта норма и в обсуждаемом законопроекте: потребители пострадают, так как закон ограничит их возможность покупать товар у сети, которая предлагает наилучшие (с точки зрения потребителя) условия, зато выиграют конкуренты самых популярных сетей. 

Но собственно необычность нормы в другом: эту протекционистскую квоту предлагается применить  не на внешней границе, а внутри страны. Она ставит таможенный пункт на границах каждого муниципалитета и разрушает единство российского экономического пространства.

Разумеется, за статьей 16 стоит некоторая логика: повышение концентрации несет риск роста цен. Однако, во-первых, высокая концентрация опасна только в случае высоких барьеров для входа на рынок, и именно с ними нужно бороться, и, во-вторых, доля одной ведущей компании концентрацию все равно не характеризует. Для этой цели антимонопольные органы во всем мире, да и в России, используют показатели суммы рыночных долей трех-четырех-пяти ведущих игроков или даже сумму квадратов долей всех игроков. И это показатели долей в границах определяемого при помощи экономического анализа рынка, а не в границах единиц административно-территориального деления. 

В итоге статья 16 оказывается «плохой сделкой» для потребителей. Им предлагается  выпустить из рук «синицу» низких цен  ради «журавля» еще более низких цен в будущем. При этом отследить полет этого «журавля» – во всяком случае, на основе указанных в статье признаков – будет затруднительно.